Вопросы по применению Стандарта МСФО 18, проработанные Комитетом по интерпретациям МСФО
Раннее мы разбирали основные новации Стандарта МСФО 18 и практические шаги для подготовки к переходу.
В апрельскую сессию Комитет опубликовал большой пул вопросов-ответов, касающихся применения новых требований Стандарта МСФО 18, рассмотрим некоторые из них.
Вопрос 1:
Как классифицировать в консолидированной отчетности по Стандарту МСФО 18 курсовую разницу по внутригрупповому займу (не являющемуся частью чистых инвестиций), если сами доходы и расходы по этому займу исключены при консолидации?
Логика рассуждения:
Пункт B65 Стандарта МСФО 18 требует классифицировать курсовую разницу в ту же категорию, что и доходы/расходы по основной (базовой) статье, при этом базовые доходы/расходы по внутригрупповому займу исключены при консолидации в отчете о прибылях и убытках.
Поэтому Комитет допустил два подхода:
Вариант I: раз нет базовой статьи, значит нет «той же» категории, следовательно, «по остаточному принципу» по умолчанию относим курсовую разницу в операционную категорию (п. 52 Стандарта МСФО 18).
Вариант II: следует проверить, в какую категорию попали бы доходы/расходы по займу до исключения, соответственно, туда же относим и курсовые разницы (если это неоправданно трудоемко — то в операционную, как в варианте 1).
Три других подхода: относить в финансирование, в инвестиционную или выбирать учетную политику на свое усмотрение, были признаны необоснованными.
Вопрос 2:
Материнская компания в своей отдельной отчетности по Стандарту МСФО 18 должна оценить, является ли инвестирование в неконсолидированные дочки её основной деятельностью (чтобы классифицировать доходы/расходы от этих инвестиций). Это единственная деятельность компании – владение дочками и распределение прибыли, сегментный анализ и внутренние показатели для отдельной отчетности не используются.
Логика рассуждения:
По Стандарту МСФО 18, если инвестирование – основная деятельность, доходы/расходы идут в операционную категорию (п. 55 Стандарта МСФО 18), если иначе – в инвестиционную (п. 53(a) Стандарта МСФО 18).
Оценка требует суждения на основе фактов (п. B33). Примеры факторов, приведенные в пп. B34–B36 Стандарта МСФО 18 (промежуточные итоги, сегменты и пр.), не являются обязательными и исчерпывающими. В данном примере у компании нет другой существенной деятельности – этого достаточно, чтобы признать инвестирование основной деятельностью, даже если нет упомянутых факторов.
Важно помнить о том, что оценка, сделанная для отдельной отчетности может (и скорее всего будет) отличаться от консолидированной, как это указано в п. B37, BC99 Стандарта МСФО 18.
Таким образом, материнская компания в своей отдельной отчетности должна классифицировать доходы/расходы от инвестиций в дочерние компании в операционной категории.
Вопрос 3:
Как классифицировать прибыль/убыток по форвардному контракту (не являющемуся хеджированием по Стандарту МСФО 9), используемому для управления валютным риском чистого обязательства (то есть после взаимозачета активов и обязательств), если эти риски затрагивают разные категории отчета о прибылях и убытках?
Логика рассуждения:
В соответствии с пунктами В70 и B72 Стандарта МСФО 18 прибыль/убыток по такому инструменту классифицируется в ту же категорию, что и доходы/расходы, на которые влияет управляемый риск, если это не требует суммирования прибылей/убытков или неоправданных затрат. Суммирование возникает, если управляемый риск влияет на статьи из более чем в одной категории. В данном случае политика компании направлена на управление риском только чистого обязательства, который влияет исключительно на категорию финансирования (процентные расходы по обязательству). Следовательно, классификация в финансирование не требует суммирования.
Вывод: Прибыль/убыток по такому производному инструменту должна классифицироваться в категорию финансирования. Комитет не будет разрабатывать новый стандарт.
Вопрос 4:
Вопрос относительно объема требований пункта 83 Стандарта МСФО 18, в частности пункт 75 Стандарта МСФО 18 требует, чтобы предприятие представляло статьи в отчете о прибылях и убытках, включая:
- операционные расходы
- суммы, требуемые Стандартом МСФО 9 «Финансовые инструменты» и Стандартом МСФО 17 «Страховые контракты»
В запросе спрашивалось, применяются ли требования пункта 83 Стандарта МСФО 18:
- только тогда, когда предприятие представляет операционные расходы, перечисленные в пункте 75(a) Стандарта МСФО 18, в разбивке по функциям в операционной категории отчета о прибылях и убытках; или
- когда предприятие представляет какие-либо расходы в разбивке по функциям в отчете о прибылях и убытках по операционной категории, включая расходы, перечисленные в пунктах 75(b)–(c) Стандарта МСФО 18. В запросе говорилось, что эти расходы могут включать суммы, которые были признаны в составе балансовой стоимости актива. Например, расходы на страховые услуги, отраженные в отчете о прибылях и убытках, могут включать амортизацию затрат на приобретение страховки, которые ранее были капитализированы как часть активов по страховым контрактам.
Логика рассуждения:
Комитет отметил, что пункт 83 Стандарта МСФО 18 не содержит исключений. Таким образом, Комитет пришел к выводу, что пункт 83 Стандарта МСФО 18 применяется, когда предприятие представляет какую–либо статью, включающую расходы, классифицированные по функциям, в операционной категории отчета о прибылях и убытках, включая расходы, перечисленные в пунктах 75(b)-(c) Стандарта МСФО 18, которые классифицированы по функциям.
Комитет отметил, что, как указано в пункте B84 Стандарта МСФО 18, суммы, раскрываемые в соответствии с пунктом 83, не обязательно должны быть суммами, признанными в качестве расходов в отчетном периоде. Раскрываемые суммы могут включать суммы, которые были признаны как часть балансовой стоимости актива. Если предприятие, применяющее пункт 83(b), раскрывает суммы, которые не являются суммами, признанными в качестве расходов в отчетном периоде, от предприятия требуется предоставить качественное объяснение этого факта с указанием соответствующих активов. Примечание 1 к пункту IE7 Иллюстративных примеров к Стандарту МСФО 18 иллюстрирует способ применения пункта 83 и соответствующего руководства по применению.
Приведенные выше кейсы наверняка не носят всеобъемлющий характер, и пока по новому стандарту больше вопросов, чем ответов. В России ситуация усугубляется еще и тем, что отсутствует перевод иллюстративных примеров к новому стандарту, а практика досрочного применения, увы, не распространена. Тем не менее рассуждения и ход мыслей Комитета помогут составителя прочувствовать дух стандарта, понять его ключевые задачи и «красные линии», что безусловно может помочь на первых порах его использования.